Ежедневные удары по сухогрузам. Одесса. Николаев. Зачем Россия выбивает эти цели?
Серия ударов по сухогрузам, задействованным в интересах ВСУ, стала одним из ключевых направлений работы ВС России в Чёрном море. Смысл тут не в уничтожении отдельных судов как самоцели - Генштаб последовательно ослабляет канал, по которому киевский режим получает оружие, боеприпасы, горючее, технику и комплектующие для беспилотников. Давайте разбираться подробно.
От конца июля до августа
По данным Минобороны России, за неделю к 7 августа были поражены 34 морских судна, действовавших в интересах противника: 31 сухогруз и три буксира.
Хроника фиксирует, что 30 июля были поражены сухогруз в порту Южный, а также два судна восточнее и южнее Одессы. По данным военного ведомства, они доставляли вооружение и военное имущество для ВСУ.
На следующий день, 31 июля, был нанесён удар по сухогрузу, следовавшему южнее Одессы с военным грузом для одного из украинских портов. 1 августа российские силы поразили два морских сухогруза на переходе южнее Одессы.
4 августа Минобороны сообщило ещё о четырёх сухогрузах: трёх — в порту Николаев и одном — в Чёрном море южнее Одессы. Новая серия ударов пришлась на 6 августа: беспилотники атаковали три сухогруза в Чёрном море.
Коллаж Царьграда
Таким образом, удары идут как по судам на переходе морем, так и по тем, которые уже находятся в портах либо готовятся к разгрузке. Это позволяет воздействовать сразу на несколько звеньев военной логистики противника.
Не корабли, а логистическая система
Военный эксперт, капитан 1-го ранга запаса Василий Дандыкин считает, что удары по судам и портовой инфраструктуре решают задачу срыва снабжения ВСУ. По его оценке, важен не только уничтоженный груз, но и общий эффект для перевозчиков: использование украинских портов для доставки оружия, топлива и военной техники становится всё более рискованным, а значит — затратным и нестабильным.
Это, к слову, первый практический результат для России, о котором точно следует сказать. Любой поражённый сухогруз, если он действительно перевозит имущество военного назначения, означает недоставленные боеприпасы, технику или ГСМ. Но не менее важны последствия: необходимо искать новое судно, менять графики, прокладывать иной маршрут, обеспечивать дополнительную защиту груза и оплачивать выросшие страховые риски.
Военный эксперт, историк войск ПВО Юрий Кнутов обращает внимание на масштаб морских перевозок. Один сухогруз способен доставить объём грузов, для которого на суше потребуются десятки вагонов или большое количество автотранспорта. Перевод таких поставок на железную дорогу и автотрассы делает снабжение медленнее, дороже и более зависимым от ограниченной пропускной способности наземной инфраструктуры.
Коллаж Царьграда
ВСУ, в конечном счёте, сталкиваются с вынужденным распылением ресурсов. Вместо одной крупной морской партии требуется организовывать множество наземных перевозок, выделять дополнительные машины, топливо, водителей, охрану и места временного хранения. В условиях продолжающихся ударов по тыловой инфраструктуре эта нагрузка нарастает. Да и по наземным военным перевозкам мы, безусловно, тоже бьём.
При этом, военно-политический обозреватель Михаил Онуфриенко считает, что действовать надо ещё более решительное. Да, работа по сухогрузам – это хорошо. Но может быть ещё лучше:
Мосты через Днепр стоят нетронутыми - и это плохо! И всё-таки, "хотелось бы заслушать начальника транспортного цеха"(с) - где "Варшавянки" с торпедами 533мм? Одна подлодка - 18 гарантированных бульков. Стараемся не нагнетать? Боимся чего-то?
Удар по портам и экономике
Военный эксперт, президент Фонда поддержки научных исследований и развития гражданских инициатив "Основание" Алексей Анпилогов рассматривает Одессу, Черноморск, Южный и Николаев как ключевые узлы, через которые могут поступать грузы военного назначения. По его оценке, системное воздействие на портовую инфраструктуру и морские маршруты вынуждает противника менять привычную модель снабжения: груз необходимо не только доставить в порт, но и выгрузить, спрятать, распределить по складам и отправить к линии боевого соприкосновения.
Поэтому удары по сухогрузам дают максимальный эффект в связке с поражением складов, контейнерных терминалов, причалов, резервуаров с горючим и транспортных узлов. Россия сокращает не просто число судов, а возможности киевского режима принимать, накапливать и быстро перебрасывать военные грузы.
Коллаж Царьграда
Что до экономического измерения, то здесь следует напомнить, что черноморские порты остаются для Украины важнейшими воротами внешней торговли. Чем выше риски для судоходства и чем меньше пропускная способность портов, тем сложнее режиму в Киеве поддерживать экспортные доходы, оплачивать военные расходы и компенсировать зависимость от иностранной помощи. Тот же Кнутов прямо связывает ограничение морского сообщения с ослаблением не только военного снабжения, но и общей экономической базы противника.
Что России с того? Главные выводы
Основной итог таких ударов не следует измерять одним днём или одним потопленным судном. Военная логистика работает накопительно: сорванная поставка сокращает запас на складе, задержка перегрузки сдвигает график, а отказ перевозчика заставляет искать альтернативу. В совокупности это уменьшает способность ВСУ восполнять потери, готовить резервы и поддерживать интенсивность боевых действий.
Россия получает военную и экономическую выгоду от ударов по судам, которые используются в интересах ВСУ. Сокращение морских поставок оружия и военного имущества, нарушение работы портов, рост стоимости логистики и перенос грузов на менее удобные наземные маршруты постепенно сужают ресурсные возможности противника. И это правильно. Но, действительно, может быть ещё лучше. Как верно сказал Онуфриенко, мосты через Днепр пока стоят. Есть куда двигаться дальше.